Артур Конан Дойл. Палец инженера -
16 >
идемте!
На этот раз я внял ее совету. Кое-как поднявшись на ноги, я вместе с
ней бросился по коридору, а потом вниз по винтовой лестнице. Лестница
привела нас в более широкий коридор, и тут же мы услышали топот и крики:
кто-то, находящийся на том этаже, с которого мы только что спустились,
отвечал на возгласы снизу. Моя провожатая остановилась и огляделась
вокруг, не зная, что предпринять. Затем она распахнула дверь в спальню,
где в окно полным светом светила луна.
- Это единственная возможность, - сказала она. - Окно высоко, но,
может, вам удастся спрыгнуть.
В это время в дальнем конце коридора появился свет, и я увидел
полковника Лизандера Старка: он бежал, держа в одной руке фонарь, а в
другой что-то похожее на нож мясника. Я бросился в комнату к окну,
распахнул его и выглянул. Каким тихим, приветливыми и спокойным казался
сад, залитый лунным светом; окно было не более тридцати футов над землей.
Я взобрался на подоконник, но медлил: мне хотелось узнать, что станется с
моей спасительницей. Я решил, несмотря ни на что, прийти ей на помощь,
если ей придется плохо. Едва я подумал об этом, как этот негодяй ворвался
в комнату и бросился ко мне. Она обхватила его обеими руками и пыталась
удержать.
- Фриц! Фриц! Вспомни свое обещание после прошлого раза, - кричала
она на английском языке. - Ты обещал, что этого не повторится. Он будет
молчать! Он будет молчать!
- Ты сошла с ума, Эльза! - гремел он, стараясь вырваться от нее. - Ты
нас погубишь. Он видел слишком много. Пусти меня, говорю я тебе!
Он отбросил ее в сторону, метнулся к окну и замахнулся своим оружием.
Я успел соскользнуть с подоконника и висел, держась за раму, когда он
нанес мне удар. Я почувствовал тупую боль, руки мои разжались, и я упал в
сад под окном.
Падение меня оглушило, но и только. Я вскочил и со всех ног бросился
в кусты, понимая, что не ушел еще от опасности. На бегу меня вдруг
охватила страшная слабость и тошнота. Руку дергало от боли, и только тогда