Артур Конан Дойл. Палец инженера -
4 >
ни разу не поморщился, хотя время от времени закусывал губы.
- Ну, как? - закончив, спросил я.
- Превосходно! После вашего коньяка и перевязки я словно заново
родился. Я очень ослабел, ведь мне пришлось немало испытать.
- Может, лучше не говорить о случившемся? Вы будете волноваться.
- О нет. Сейчас уже нет. Все равно придется выкладывать всю историю в
полиции. Но, между нами говоря, только моя рана может заставить их
поверить моему заявлению. История эта совершенно необычная, а я ничем
подтвердить ее не могу. Даже если мне поверят, доводы, которые я способен
представить в доказательство ее, настолько неопределенны, что вряд ли
здесь восторжествует правосудие.
- Значит, это загадка, которую нужно разрешить, - воскликнул я. -
Тогда я настоятельно рекомендую вам, прежде чем обращаться в полицию,
пойти к моему другу мистеру Шерлоку Холмсу.
- Я слышал об этом человеке, - ответил мой пациент, - и был бы очень
рад, если бы он взял это дело на себя, хотя, разумеется, все равно
придется заявить в полицию. Может, вы порекомендуете меня ему?
- Больше того, я сам отвезу вас к нему.
- Премного буду вам обязан.
- Давайте вызовем экипаж и поедем. Мы как раз поспеем к завтраку. Вы
в состоянии ехать?
- Да. На душе у меня будет неспокойно до тех пор, пока я не расскажу
мою историю.
- Тогда я попрошу служанку вызвать кэб и через минуту буду готов.
Я побежал наверх, в нескольких словах рассказал о случившемся жене и
через пять минут вместе с моим новым знакомым уже ехал по направлению к
Бейкер-стрит.
Как я и предполагал, Шерлок Холмс - еще в халате - сидел в гостиной,
читал ту колонку из "Таймса", в которой публикуются сведения о розыске
различных лиц, и курил трубку. Эту трубку он обычно выкуривал до завтрака,
набивая всякими остатками всех табаков - они с особой тщательностью
собирались и сушились на каминной доске. Он принял нас с присущим ему
спокойствием и радушием, заказал для нас яичницу с ветчиной, и мы на славу