Артур Конан Дойл. Бразильский кот -
19 >
кошмарном сне, увидел его в последний раз: окровавленный и растерзанный,
он вслепую бежал через комнату - и тут я снова потерял сознание.
Я поправлялся много месяцев; о полной поправке, впрочем, не могло
быть и речи, и до конца дней со мной будет моя палка - памятка о ночи с
бразильским котом. Когда Болдуин и другие слуги прибежали на отчаянные
крики хозяина, они не могли понять, что случилось: я лежал за решеткой, а
его останки - вернее, то, что лишь потом опознали как его останки, -
держал в когтях зверь, которого он сам вырастил. При помощи раскаленных
железных прутьев хищника заставили выпустить добычу, а затем его
пристрелили сквозь окошко в двери - и только после этого я был вызволен из
плена. Меня перенесли в спальню, где, под крышей у моего несостоявшегося
убийцы, я несколько недель пребывал на волоске от смерти. Из Клиптона
вызвали хирурга, из Лондона - сиделку, и через месяц я уже способен был
выдержать переезд домой, в Гроувнор-мзншенс.
Память моя сохранила одно воспоминание, которое, не будь оно столь
отчетливым, я мог бы счесть одним из многочисленных бредовых видений,
рожденных воспаленным мозгом. Однажды ночью, когда сиделка куда-то
отлучилась, дверь моей комнаты отворилась, и в нее скользнула высокая
женщина, одетая с ног до головы в черное. Приблизившись, она склонила надо
мной бледное лицо, и в тусклом свете ночника я узнал бразильянку - вдову
моего двоюродного брата. Она пытливо всматривалась мне в глаза с гораздо
более мягким, чем прежде, выражением на лице.
- Вы в сознании? - спросила она.
Я только слабо кивнул - силы возвращались ко мне медленно.
- Вот и хорошо, я только хочу сказать, что вы сами виноваты. Я
сделала для вас все, что могла. С самого начала я хотела выставить вас из
дома. Всеми средствами, кроме прямой измены, я пыталась спасти вас от
мужа. Я знала, что он вызвал вас не случайно. Я знала, что живым он вас не
выпустит. Мне ли не знать его - я настрадалась от него, как никто. Я не