Артур Конан Дойл. Желтое лицо -
7 >
лучше и желать нельзя. Говорю вам, между нами никогда не было никаких
размолвок, пока не началась эта проклятая история.
Одну вещь я вам должен сообщить, прежде чем стану рассказывать
дальше. Когда мы поженились, моя жена перевела на меня все свое состояние
- в сущности, вопреки моей воле, потому что я понимаю, как неудобно это
может обернуться, если мои дела пойдут под уклон. Но она так захотела, и
так было сделано. И вот шесть недель тому назад она вдруг говорит мне:
- Джек, когда ты брал мои деньги, ты сказал, что когда бы они мне ни
понадобились, мне довольно будет просто попросить.
- Конечно, - сказал я, - они твои.
- Хорошо, - сказала она, - мне нужно сто фунтов.
Я опешил - я думал, ей понадобилось на новое платье или что-нибудь в
этом роде.
- Зачем тебе вдруг? - спросил я.
- Ах, - сказала она шаловливо, - ты же говорил, что ты только мой
банкир, а банкиры, знаешь, никогда не спрашивают.
- Если тебе в самом деле нужны эти деньги, ты их, конечно, получишь,
- сказал я.
- Да, в самом деле нужны.
- И ты мне не скажешь, на что?
- Может быть, когда-нибудь и скажу, но только, Джек, не сейчас.
Пришлось мне этим удовлетвориться, хотя до сих пор у нас никогда не
было друг от друга никаких секретов. Я выписал ей чек и больше об этом
деле не думал. Может быть, оно и не имеет никакого отношения к тому, что
произошло потом, но я посчитал правильным рассказать вам о нем.
Так вот, как я уже упоминал, неподалеку от нас стоит коттедж. Нас от
него отделяет только поле, но, чтобы добраться до него, надо сперва пройти
по шоссе, а потом свернуть по проселку. Сразу за коттеджем славный
сосновый борок, я люблю там гулять, потому что среди деревьев всегда так
приятно. Коттедж последние восемь месяцев стоял пустой, и было очень жаль,
потому что это премилый двухэтажный домик с крыльцом на старинный манер и
жимолостью вокруг. Я, бывало, остановлюсь перед этим коттеджем и думаю,