Артур Конан Дойл. Горбун -
13 >
он, такой изуродованный, вообще живет на свете, и что по ночам он говорит
иногда на каком-то незнакомом языке, а две последние ночи - она слышала -
он стонал и рыдал у себя в спальне. Что же касается денег, то они у него
водятся, хотя в задаток он дал ей, похоже, фальшивую монету. Она показала
мне монету, Уотсон. Это была индийская рупия.
Итак, мой дорогой друг, вы теперь точно знаете, как обстоит дело и
почему я просил вас поехать со мной. Очевидно, что после того, как дамы
расстались с этим человеком, он пошел за ними следом, что он наблюдал за
ссорой между мужем и женой через стеклянную дверь, что он ворвался в
комнату и что животное, которое он носит с собой в ящике, каким-то образом
очутилось на свободе. Все это не вызывает сомнений. Но самое главное - он
единственный человек на свете, который может рассказать нам, что же,
собственно, произошло в комнате.
- И вы собираетесь расспросить его?
- Безусловно... но в присутствии свидетеля.
- И этот свидетель я?
- Если вы будете так любезны. Если он все откровенно расскажет, то и
хорошо. Если же нет, нам ничего не останется, как требовать его ареста.
- Но почему вы думаете, что он будет еще там, когда мы приедем?
- Можете быть уверены, я принял некоторые меры предосторожности.
Возле его дома стоит на часах один из моих мальчишек с Бейкер-стрит. Он
вцепился в него, как клещ, и будет следовать за ним, куда бы он не пошел.
Так что мы встретимся с ним завтра на Хадсон-стрит, Уотсон. Ну, а
теперь... С моей стороны было бы преступлением, если бы я сейчас же не
отправил вас спать.
Мы прибыли в городок, где разыгралась трагедия, ровно в полдень, и
Шерлок Холмс сразу же повел меня на Хадсон-стрит. Несмотря на его умение
скрывать свои чувства, было заметно, что он едва сдерживает волнение, да и
сам я испытывал полуспортивный азарт, то захватывающее любопытство,
которое я всегда испытывал, участвуя в расследованиях Холмса.
- Это здесь, - сказал он, свернув на короткую улицу, застроенную