Песах Амнуэль. Клуб убийц -
17 >
убийством Бродецкого. Именно он был реализован во время убийства Шуваля,
так? Мы набросились на Вайнштейна, потому что у него оказался мотив для
убийства Шуваля. Мотив слабый - ты же видел, они действовали заодно и
как-то на этой афере нажились оба. К тому же, Вайнштейн понятия не имел о
сценарии Шлехтера. Это раз. Второе: если он, действительно, с пылу, с жару
обдумывал, как бы убить министра, при этом спонтанно рождались случайные
альтернативы, которые описывает твоя формула... как его...
- Горовица, - подсказал Моше.
- Да. Ты сам утверждал, что вероятность перехода альтернативы
обратно, в нашу действительность, близка к нулю.
- Говорил, - согласился Рувинский с кислой миной на лице. - Но, кроме
Вайнштейна, нет никого, кто имел бы...
Неизвестно, сколько времени мы вели бы с директором Рувинским этот
бесплодный диалог, если бы наше уединение не нарушил единственный человек,
которого нам обоим не хотелось видеть - комиссар Роман Бутлер. Он ввалился
в операторскую при всех своих полицейских регалиях, и я подумал, что ему,
видимо, пришлось применить силу, поскольку Моше отдал охране совершенно
четкое указание не пропускать в здание института никого, включая
министров, покинутых невест и пришельцев из других миров.
- С возвращением, - сказал Роман. - Я не ошибаюсь, вы уже осмотрели
все альтернативы, какие было возможно?
- Да, - признал Рувинский. - Послушай, комиссар, а может, это
преступление совершенно не связано с "Клубом убийц", и мы идем по ложному
следу?
- Для того, чтобы услышать полный рассказ о ваших похождениях, -
продолжал Роман, не обращая внимания на выпад директора, - я должен
предъявить постановление об аресте или кто-то из вас расколется сам?
- Песах, - кивнул на меня Рувинский. - Он твой сосед, пусть
раскалывается.
Я вкратце пересказал Бутлеру наши соображения, предположения, идеи и
бесславные результаты визитов в альтернативные миры. Роман время от