Песах Амнуэль. Клуб убийц -
6 >
сомневаться: а может, лучше не убивать? И - не убивает. Возможно такое?
- Естественно, - согласился Моше.
- Это значит, - продолжал я, стараясь говорить по возможности
внушительнее, поскольку мне нужно было окончательно убедить еще и самого
себя, - это значит, что возникает еще одна альтернатива, где убийство
совершается, будучи совершенно неподготовленным физически. И эта, третья,
альтернатива может совпасть с нашей...
- Может, - зевнул Моше, - чисто теоретически может. На деле это не
реализуется, потому что альтернатив бесчисленное множество, и вероятность
того, чтобы линия сделала петлю и вернулась в первую реальность, настолько
мала, что, согласно формуле Горовица...
- Проснись! - воскликнул я. - До тебя еще не дошло? Формула Горовица
описывает случайные переходы. А если ты намеренно продумал создание
альтернативы, а там, тоже намеренно, сделал свой выбор, вернув линию на...
Все-таки Рувинский был профессионалом. Я-то полагался на интуицию и
не был уверен в точности собственного вывода, а Моше тут же, подняв взгляд
к потолку, просчитал в уме какие-то недоступные моему понятию коэффициенты
в формуле какого-то там Горовица и стал багровым как премьер Рабин,
отвечающий на вопросы репортеров.
- А что? - сказал он. - Есть конкретный подозреваемый?
- У Бутлера есть, - сообщил я.
В шесть тридцать мы собрались в кабинете Рувинского, и Роман
подключил институтский компьютер к файлам памяти Управления полиции.
- В этот клуб регулярно ходят девять человек, - сказал Роман. - Вот
они на экране. Четверо - обыкновенные графоманы. Когда я решил заняться
этой компанией, то заставил себя прочитать по одному произведению каждого
из этой четверки. Это полный кошмар. Если они замышляют сюжет с убийством
министра, у них почему-то в результате непременно погибает банкир. И
наоборот. Они уверены, что так интереснее. Этой четверкой можно не
заниматься.
- Пятый и шестой, - продолжал Роман, - профессиональные программисты,