Песах Амнуэль. Сегодня, завтра и всегда -
27 >
Цесевич нашел лишь один способ убедиться в своей правоте: поставить Андрея
в такие условия, когда он не смог бы обойтись без своей подспудной
гениальности. Припереть к стене, чтобы речь шла о жизни и смерти. Лишь
дважды решился Цесевич на имитацию - была игра, но Андрей-то не подозревал
об этом...
Андрей проснулся оттого, что кровать под ним провалилась, а потом
вернулась, больно ударив его по затылку. Он открыл глаза и похолодел -
рушились стены, прогибались балки потолка. Стремительное ощущение
безотчетного ужаса - и Андрей "провалился".
Он стоял в небольшой комнате с высокими, уходящими в густую черноту
стенами. Освещение, создаваемое свечами в прекрасных золотых канделябрах,
почти не разгоняло мрака.
- ...Вам не оправдаться, Леонардо! - говорил грузный, небрежно
одетый, видимо, только вставший с постели мужчина. Он угрюмо глядел на
Андрея - нет, на того, кого он назвал Леонардо и кто молчал не от смущения
перед этим уверенным в своей власти правителем, а оттого, что был поражен
вторжением в его мысли чужого, непреодолимого и страшного.
- Господин мой и друг, - сказал наконец Леонардо. - Я понимаю и
разделяю вашу скорбь, но есть в природе силы, бороться с которыми человеку
пока...
- Человеку не дано спорить с богом! - крикнул тот, кого Леонардо
назвал своим господином и другом. - Не богохульствуйте, Леонардо! Вилла,
которую вы для меня построили, обрушилась, и в том, видимо, воля господа.
В соседних домах появились трещины, а ваша вилла... Как мне защитить вас,
Леонардо? Я не могу ссориться с кардиналом, а тем более с папой. А они
только и ищут повода, вы знаете... Не должен был, нет, не должен был я
назначать вас своим архитектором. Мыслимо ли? Человек не может уметь все,
а вы, Леонардо, в своей гордыне возомнили, что всемогущи. Будь вы только
ваятелем, как Микеланджело, или живописцем, как Рафаэль, я нашел бы для
вас заказы, но...
Повисло молчание, и Андрей почувствовал вдруг ненависть к этому