Песах Амнуэль. Письма оттуда -
4 >
времени.
- Так вот, - продолжал Бутлер. - Предок, по словам Крукса, не
ошибается никогда.
- Дай ему Бог здоровья на том свете, - пробормотал я. - Когда он жил,
ты говоришь?
- В восемнадцатом веке.
- Откуда он мог знать о том, что на шоссе Аялон будет семь грузовых
эскалаторов?
- Песах, - рассердился Бутлер. - Не изображай из себя дурака!
Совершенно очевидно, что бомбу он увидел в том времени, когда на шоссе
будет именно семь эскалаторов. Я знаю проект - систему только начали
строить, пуск намечен на конец тридцать первого года, а сейчас у нас...
- Двадцать седьмой. Чего же ты хочешь от меня? Я, как ты изволил
выразиться, историк. У тебя пропал человек - сегодня. В ходе расследования
ты узнал, что через четыре года террористы подложат очередную бомбу.
Запиши в своем дневнике, через четыре года посмотришь и совершишь полезный
поступок.
Бутлер долго смотрел на меня изучающим взглядом и, наконец, изволил
разлепить губы:
- Ты уверен, что не хочешь ввязываться в это дело?
- Если ты объяснишь мне задачу... - я тянул время, поняв уже, что от
комиссара мне не отвязаться, но еще не понимая, откуда ему стало известно
о моем прошлогоднем визите к достопамятному Круксу. Сам экстрасенс
расколоться не мог - профессиональная этика. Неужели Лея? Ну, я ей покажу,
вот только выпутаюсь из этой истории...
Было так. Ко мне из Москвы приехал в гости родственник по имени Петя
Рубашкин. Нет ничего странного в том, что у чистокровного еврея двоюродным
братом оказался чистокровный русский. Не папуас, в конце концов. Петя -
славный парень, но они в России все сейчас малость сдвинутые на
парапсихологических науках. Психологи находят этому естественное
объяснение в том, что во время переходного периода обостряются всякие
социальные болезни, а парапсихология и оккультизм суть, как известно,
болезни общественного сознания, и поэтому... Переходный период в России