Артур Конан Дойл. Пенсне в золотой оправе -
18 >
сделала, она заметалась по комнате в поисках выхода. К несчастью, во время
борьбы с молодым человеком она потеряла пенсне и поэтому, будучи очень
близорукой, оказалась совсем беспомощной. Она побежала по коридору, думая,
что это тот самый, по которому она пришла: ведь на полу в обоих коридорах
лежат одинаковые циновки, - а когда она поняла, что попала не в тот
коридор и дорога к выходу отрезана, было уже поздно. Что было делать?
Назад идти она не могла. Оставаться в коридоре нельзя. Значит, надо было
идти вперед по коридору. И она пошла. Поднялась по ступенькам, открыла
дверь и оказалась у вас в комнате.
Старый профессор уставился на Холмса, нижняя челюсть у него отвисла,
смесь страха и удивления ясно читалась на его выразительном лице. Потом он
сделал над собой усилие, пожал плечами и несколько театрально засмеялся.
- Это все очень хорошо, мистер Холмс, - сказал он. - Но в вашей
великолепной теории есть один маленький изъян. Я все время был в этой
комнате, не выходил из нее весь день.
- Я знаю это, профессор Корэм.
- Вы хотите сказать, что, лежа на кровати, я мог не заметить, как
женщина вошла ко мне?
- Я этого не говорил. Вы заметили, как женщина вошла. Вы говорили с
ней. Вы узнали ее. Вы помогли ей спастись.
Профессор опять неестественно рассмеялся. Он встал с кресла, глаза у
него горели, как раскаленные угли.
- Вы сошли с ума! - закричал он. - Вы бредите! Я помог ей спастись?
Ну и где же она сейчас?
- Она вон там, - сказал Холмс и указал на высокий книжный шкаф в углу
комнаты.
Старый профессор взмахнул руками, мрачное лицо его страшно
исказилось, и он упал в кресло. В то же мгновение книжный шкаф, о котором
говорил Холмс повернулся на петлях, и в комнату шагнула женщина.
- Вы правы. - Она говорила со странным акцентом. - Вы правы. Да, я
здесь.
Она была вся в пыли и паутине, которую собрала, видимо, со стен
своего убежища. Лицо ее, которое никогда нельзя было бы назвать красивым,